Сухорукова Светлана Михайловна

Доктор экономических наук,

профессор кафедры Эколого-экономического анализа технологий МИТХТ им. М.В.Ломоносова

 

 

ЗАКОН ЕДИНСТВА КАК МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА “ЕДИНОГО ЗНАНИЯ”

 

“Высшая мудрость одна.

Высшая мудрость имеет одну науку

- науку всего, науку объясняющую все

мироздание и место в нем человека”.

Л.Н. Толстой, “Война и мир”         

 

            Возможно ли “Единое знание”? Этот вопрос задают многие ученые. Я бы ответила так: “во всяком случае, оно необходимо для предотвращения глобальной экологической катастрофы и для перехода мирового сообщества к социо-эколого-экономически устойчивому развитию, провозглашенному как цель на Саммите по охране окружающей природной Среды (ЮАР, 2002). И: уже более столетия отечественные ученые демонстрируют упорное стремление к формированию этого “Единого знания”. Как можно этого не видеть?”

            Вспомним, что лучшие представители Серебряного века в России начали говорить о необходимости синтеза наук (а также - синтеза науки, философии, религии и искусства). Не только говорить, но и осуществлять его в рамках концепции “всеединства”. К подвижникам этого поиска можно отнести В.Соловьева, А.С.Подолинского, В.И.Вернадского, Е.И. и Н.К.Рерихов, Н.Ф.Федорова и т.д. К сожалению, начиная с 1930-х годов и вплоть до середины XX века, в нашей стране тема синтеза научного знания практически не имела развития. Но жизненная реальность потребовала возвращения к этой теме, что было связано с возникновением экологической проблемы. Размышление о причинах, формах проявления и путях преодоления экологического кризиса постепенно подвело ученое сообщество к интеграции наук; заговорили о системном подходе, синэргетике, целостном мышлении, о “холизме”. Аналогичные процессы наблюдались и в других странах. Но, вспомним как это происходило именно в нашей стран на протяжении последнего полувека..

            В 1960-х гг. в СССР экологическая тема (это были годы “оттепели”) зазвучала громко и тревожно. Открыто вели дискуссии “физики и лирики”, инженеры и экономисты, геологи и географы, поэты и кинорежиссеры. Их объединяла боль за природу. В те годы радикальное решение экологических проблем связывалось с созданием малоотходных, природосберегающих технологий. И, надо отдать должное, ученые решили эту задачу. Но предприятия не спешили внедрять новые технологии. Тогда обратились к экономистам. В 1970-е годы начала быстро формироваться новая наука “экономика природопользования”, предлагающая экономические механизмы воспроизводства жизнепригодной Среды в процессе хозяйственного природопользования. В 1975 году в пятилетние планы развития народного хозяйства СССР был введен специальный раздел “Рациональное использование природных ресурсов и охрана окружающей Среды” с бюджетным конкретно адресным финансированием - по республикам, областям, отраслям. Но деньги, передаваемые предприятиям, не использовались по назначению. Тогда к инженерам и экономиста присоединились юристы. И все таки экологическая ситуация продолжала ухудшаться. Надо сказать, что примерно эту же ситуацию переживали и другие страны. Если западным государствам удавалось улучшить свое положение, то, главным образом, за счет “экологических колоний”, куда вывозились “грязные производства”, токсичные отходы и откуда вывозились сырье, энергоносители, пресная вода. Но скоро мировое сообщество осознало, что “экология не знает границ”. Росли факты трансграничного перемещения выбросов и сбросов. Стали популярны организменные концепции “Единая Земля”, “Живая Земля”, “Мыслящая Земля”. Мировое сообщество все более осознавало необходимость не только междисциплинарного, но и межгосударственного сотрудничества. Зазвучал принцип-афоризм Барри Коммонера “Все связано со всем.”. А экологи уже стали искать причины экологическому кризису в мировоззренческой основе индустриальной цивилизации. Философский анализ проблемы подвел их к пониманию недопустимости антропоцентризма и необходимости перехода к антропокосмизму. О социо-космической связи в нашей науке в это время, возрождая концепции “русского космизма”, говорили А.Л.Чижевский, Л.Н.Гумилев В.П.Казначеев. Поскольку вся восточная философия тысячелетиями хранила идею сопряженности человека с Космосом, экологическая общественность стала проявлять все больше интереса к Востоку. Заговорили о синтезе культуры Запада и Востока и о необходимости становления экологической культуры, которая, привлекая естественно-научные и гуманитарные дисциплины, могла бы сформировать принципы социо-эколого-экономически устойчивого развития. Скоро к “синтезу знания” активно подключилось направление, связанное с термином “ноосфера”, привлекшим внимание ученых еще в начале XX века. благодаря работам В.И.Вернадского.

            Известно, какую роль сыграли работы В.И.Вернадского в становлении естественно-научных представлений о биосфере, как едином организме. Но его интересовала и связь человеческого разума с биосферой, отсюда его интерес к феномену ноосферы. И тут великий естествоиспытатель немалое значение придавал гуманитарным аспектам человеческой деятельности. Он писал: “... энергия человеческой культуры создает в настоящее время ноосферу”.

            В.И.Вернадский, как и многие ученые, воспитанные на идеях Серебряного века, продолжая работы А.С.Подолинского и объясняя хозяйственное поведение человека, придерживался “энергетической” концепции. И при этом сопрягал ее с требованиями нравственности. В этом отношении большое влияние на ученого оказали беседы с Л.Н.Толстым, с которым, начиная с 1890-х гг. В.И.Вернадский неоднократно встречался в Ясной Поляне и долго беседовал о бессмертии души, ответственности научного поиска и т.д. Что привлекало В.И.Вернадского в этих разговорах? То, что Л.Н.Толстой размышлял над теми первоосновами бытия, от которых наука под влиянием позитивизма уже стремилась отстраниться. А гениальность В.И.Вернадского требовала глубины в изучении именно этих первооснов, к которым он впоследствии подходил уже как естествоиспытатель (см. В.И.Вернадский, “Начало и вечность жизни”, 1922). Можно сказать, что Л.Н.Толстой своими размышлениями подготавливал молодого ученого к его будущей задаче интеграции естественных и гуманитарных наук для изучения биосферы. Впоследствии В.И.Вернадский часто говорил о необходимости создания онтологической концепции науки, которая позволила бы преодолеть разобщенность узкопрофессиональных интересов ученых, объединяя их вокруг изучения самого феномена Жизни (Живого вещества). В.И.Вернадского не оставляло убеждение, что само появление у Человека способности к научному познанию не случайно, а связано с космическими законами, которые управляют эволюцией планеты, следующей стадией которой является “ноосфера”, объединяющая интеллект мирового сообщества для разумного использования природных богатств биосферы.

            Как считается, В.И.Вернадский к разработке понятия о ноосфере, приступил в 1927 году, когда он в Сорбонне читал лекции о биосфере. При этом специальную статью о ноосфере он опубликовал лишь в 1944 году. Но, понятно, что своим синтетическим содержанием эта концепция была взращена в особом интеллектуальном климате Серебряного века. И, когда в конце XX века концепция “ноосферы” получила второе дыхание, она также олицетворяла собой стремление ученых к синтезу наук и пониманию человека, как сложного космопланетарного феномена..

            Представляется, что вклад в дело синтеза наук (становление “Единого знания”) сегодня осуществляется и направлением, именуемом как “Тринитарная экология”. Направление озадачено восстановлением триединства человеческого со-знания с целью поиска интегрированной мотивации экологически устойчивого, хозяйственного природопользования.

            Краткая суть “тринитарной экологии” сводится к следующему

            Человек - многомерен. Отсюда мотивация его поведения должна рассматриваться как система, включающая несколько уровней потребностей (материальных, душевно-эмоциональных, духовных). Их согласование диктуется настоятельной необходимостью поскольку оно позволит построить экономическую теорию экологически устойчивого хозяйствования. К сожалению, сегодня господствует мнение, что экономическая наука свое внимание должна концентрировать лишь на изучении рынка, который обслуживает материальные потребности общества, при этом учитывая чисто денежную мотивацию. Глобализация, осуществляемая неолибералами, постепенно превращает всю мировую экономику в один большой рынок с подобными правилами “игры”. И в нашей стране, начиная с 1990-х годов, экономические дисциплины в основном посвящаются методам анализа рыночной конъюнктуры, вопросам регулирования денежной массы, реализации ценных бумаг и т.д. При этом экономические понятия хозяйствования, как способа миро-осмысленного бытия человека, экономистами не исследуется. Такая позиция не может связать хозяйственное решение с экологической этикой, ибо она не требует какой либо нравственной оценки в параметрах Мироздания. А именно осознание вселенского значения хозяйственной деятельности предопределяет объективную заданность этических норм, регулирующих экологически безопасность хозяйственной деятельности. И об объективности этических норм писали все отечественные “космисты”.            Согласованность этики, экономики и экологии глубинно обусловлена сопряженностью человека с Космосом. Постичь эту согласованность нам помогает сегодня диалог науки и религии, формируя то “единое знание”, которое дает человеку понимание его действительной “экологической ниши”. “Единое знание” заставит и экономистов в своих механизмах, отразить всю масштабность ответственности человека за использование ресурсов окружающего мира, несогласованное с Законом Единства. С древних времен считалось, что познание законов мирового единства, начинается с познания самого человека, как микрокосмоса. “Кто познал Микрокосм, не может долго оставаться в неведении относительно Макрокосма, частью которого человек является”. Поэтому призыв Дельфийского оракула “познай самого себя” - весьма актуален для восстановления единства человека с Миром, его окружающим, без чего невозможно решение экологических проблем. Не познав многомерности своей, человек не способен постичь условий гармонизации природопользования с учетом своих космопланетарных функций. Не сможет человек осознать и смысла своей жизнедеятельности, как того триединства, которое на языке религии называется единством “духа, души и тела”. Поскольку наука не предложила их эквивалента, остается использовать эти религиозные термины при создании системы многоуровневой регуляции в экологически целесообразном хозяйствовании. Не забудем и то, что при всех разночтениях самого понятия “религия” (и ее содержания в узко конфессиональной конкретизации) всегда остается представление о том, что она отличается не столько заботой о материальном благополучии человека, сколько признанием доминанты высших ценностей и принципов Вселенского Бытия. Нельзя не заметить, что, к сожалению, сегодня часто отрицают возможность диалога науки и религии. Но, как известно, В.И.Вернадский с глубоким уважением относился к “донаучному” знанию. И отечественные ученые, принадлежавшие к школе “русского космизма”, обращались к религии, дабы преодолеть ту одномерность трактовки жизненных ориентаций человека и “поднять их планку”.

            Нельзя не сожалеть о том, что подобное обращение к религиозному знанию после недолгого почитания Серебряного века ушло из трудов российских ученых. Материалистическое мировоззрение потеряло представление о сложной сущности человека, основанной на единстве его материальной и духовной жизни. И до сих пор (несмотря на “перестройку”) не допускается на серьезном научном уровне, наличие мира “невидимого”, определяющего нравственность нашего поведения. Воспитанные материалистическим мировоззрением, мы привыкли полагать, что человек состоит только из физического тела, а эмоциональное и волевое начало в личности существуют лишь за тем, чтобы “обслуживать” материальные потребности тела физического. Допустим. А как формируется в человеке это волевое и эмоциональное начало? Над этим материалистической науке задумываться не пристало. Но все чаще экологи говорят о том, что именно забвение духовной основы воли воспитало такую целенаправленность хозяйствования, которая и подвела человека к трагической неспособности согласовать экономическое развитие с возможностями Природы, как части Универсума. В результате того, что у человека отсутствует духовно-нравственный контроль за своим поведением, мертвеет природа его окружающая и вырождается сам человек. Экогенные заболевания, природные катаклизмы и техногенные катастрофы растут, несмотря на колоссальный объем накопленных знаний. Почему так произошло? Ответ такой: достигнув невиданных темпов научно-технического “прогресса”, мы не научились регулировать сопряжение многоуровневых потребностей общества, чтобы задать нужную направленность НТП. Эта задача требует своего научного поиска.

            Естественно-научным знанием принципиально определена проблема регуляции хозяйственной деятельности в удовлетворении материальных потребностей. Об их системной привязке к материально-энергетическим ресурсам биосферы много написано последователями В.И.Вернадского. Но, чтобы сохранить свою нишу в биосфере, нам еще предстоит признание планетарного единства человечествав в его нравственной со-ответственности за жизнепригодность Земли, как единого целого. И только тогда придет осознание приоритета “Общего блага”. Но тут потребуется выход на другой уровень мотивации. Об этом пока говорит лишь религия. Как гласит Екклезиаст“ Все труды человека - для рта его, а душа его не насыщается”. А именно спасение души - смысл человеческой жизни. Так понимали и православные верующие на Руси. Но что такое душа? “Душа” переводится как ”псюхе” (древнегреческий язык.). А психика человека - это его чувства. Что свидетельствует о присутствии души? Ответ: со-чувствие другим. Это дает человеку душевно-эмоциональное здоровье и свидетельствует о его духовности, диктующей такой нравственный принцип поведения, как “возлюби ближнего своего ...”. С другой стороны “чувства - двигатель духа по лестнице жизни”. Так что существует и обратная связь этих уровней мотивации, определяющих в конце-концов характер поведения человека при удовлетворении его материальных потребностей.           

            Душевно-эмоциональные переживания, сопрягая духовные и материальные потребности, обеспечивают социализацию высших принципов бытия. Что же соединяет эти три уровня? - Мысль. Поговорим подробнее на эту тему, ибо ей в формировании “Единого знания” принадлежит первенствующее значение.

            Поскольку только что прошли юбилейные чтения, посвященные 140-летию В.И.Вернадского, и его имя на слуху у научной общественности, и как-то нельзя представить, чтобы В.И.Вернадского сегодня обвинили в ереси и отлучили, скажем от церкви, то обратимся именно к его работам. Феномену “мысли” В.И.Вернадский придавал особое значение в переходе к ноосфере. Ему принадлежат слова: “... Биосфера перешла или, вернее, переходит в новое эволюционное состояние - в ноосферу, перерабатываемую научной мыслью социального человечества”. В.И.Вернадский считал, что благодаря “мысли” осознанный труд целесообразно организует энергетические потоки на Земле. Поэтому материальные блага, создаваемые человеком, можно считать кристаллизацией мысли. Следуя логике своих представлений о цефализации биосферы В.И.Вернадский феномену “мыслящего человека” отводил самую серьезную роль в эволюции. До появления человека эволюция биосферы была стихийным процессом. С появлением Homo sapiens в биосфере возник новый организующий фактор - разум человека. Поскольку деятельность человека приобрела геологические масштабы и он в состоянии отныне и обеспечить дальнейшую эволюцию биосферы и ее уничтожить, то задача ученых состоит в открытии законов гомеостаза биосферы и введении этих законов в осознанную жизнедеятельность человека. Этому могут помочь не только естественные науки. В.И.Вернадский считал, что благодаря общественной жизни у человека накапливается и социальная информация. Общественно-гуманитарное знание, в том числе экономическая мысль, должны отвечать за эволюционный характер использования биогеохимической энергии биосферы. В целом, всю научную мысль можно считать прогрессивной только в том случае, если она соответствует требованиям эволюции, определяемым единством Мироздания. Признаком подобного “соответствия” выступает нравственность научного поиска, поверяемая духовно-эмоциональным строем мышления.

            То, что “мышление” есть способ осуществления Закона Единства в Универсуме, пытается объяснить и современная наука. Много сказано о психофизической энергии нашего мышления, как всеначальной и всепроникающей. Отечественные физики (Г.Шипов, В.Лобанков) проводят прямую аналогию между тонким миром и миром психической энергии, а душами людей считают сгусток энергии тонкого мира в виде закрученных - торсионных полей. (Поневоле вспоминается гипотеза великого Платона о сфере непроявленных смыслов. Этой гипотезой в наше время интересовался и В.В.Налимов.) Насколько существенно со времен Платона продвинулись ученые в понимании феномена “идей, которые правят миром” и сколько при этом прибавилось новых загадок, говорить не будем. Однако, ясно, что без их разрешения мы не сможем выйти на формирование тринитарной экологии. В данном случае пока попробуем признать наличие духа и души, как особого, отличного от физического тела, психо-энерго-информационного образования. Согласимся, что масштаб деятельности души определяет эмоционально-нравственное сопереживание другим. Для этого давайте обратимся к вербальной реальности. Мы говорим, не задумываясь, следующее: “человек великодушный” или, наоборот, “мелкая душенка”, “бездушный человек”. На бытовом уровне критерием тут выступает способность к милосердию и “широта” души, ее немеркантильность, так как считается, что корыстолюбием “душу можно загубить” . А вдруг за этими словами стоит и реальный физический смысл? Это вполне возможно, если мы приняли представление о душе, как особом психо-энергетическом образовании. В таком случае, почему же не признать возможность взаимодействия этих образований на тонко-полевом уровне? И, очевидно, существуют принципы безопасности такого взаимодействия, которые подскажут об объективности требований общепланетарного (и космопланетарного) Единства. Все это поможет ученым для выработки норм экологической этики, пока присутствующей лишь в “донаучном” знании (религиозных учениях, народном фольклоре - пословицах, поговорках, легендах и т.д.). Тем более, что, астро-, гео-, биофизики все более приближаются к выводу, что нравственно-религиозные заповеди не являются пустой выдумкой богословов, они суть - код Мироздания, можно сказать, инструкция для проживания человека в жестких рамках космо-планетарных зависимостей. В научных журналах появляются публикации, где доказывается, что эти нравственные нормы - негэнтропийны, они противостоят хаосу и смерти. (И.Н.Яницкий, В.Комаров, Н.Н.Заличев, В.Н.Лисин, В.В.Струминский и т.д.). Поэтому нарушение требований “не убий”, “не укради”, “не лжесвидетельствуй” наполнено и экологическим содержанием. Если учесть, что аналогичные заповеди присутствуют во всех мировых религиях и верованиях мирового сообщества, то они легко будут приняты как основа Единого экологического со-знания. Необходимость его очевидна, ибо никто не может отрицать, что, несмотря на все противоречия, народы планеты едины в своей зависимости от жизнепригодности Земли. Таким образом диалог науки и религии помог бы сопрячь материальные, психоэмоциональные и космо-духовные уровни мотивации природопользования, обеспечив целесообразность хозяйствования в рамках концепции Единства.

            Подобные рассуждения могут показаться слишком отвлеченными, “заоблачными”. Но в условиях современной глобализации, определяемой финансовой политикой “развитых” государств, разъединяющей народы и нацеленной на монопольное обладание скудеющими ресурсами биосферы, проблема Единства приобретает и “земную”, геополитическую актуальность. К сожалению, чаще всего представители различных сфер знания (и научного, и религиозного) служат задачам разъединения и взаимоуничтожения народов, забывая слова всеми уважаемого В.И.Вернадского: “Ноосфера - последнее из многих состояний эволюции биосферы в геологической истории - состояние наших дней”. Слово “последнее” должно звучать и как предупреждение. Это относится не только к создателям средств массового уничтожения, но и к экономистам, отвечающим за “мирное”, хозяйственное использование Природы. Не задумываясь о доминанте Закона Единства, экономисты не прислушиваются к глубинным требованиям включения в свой арсенал законов, открытых в других областях знания. (Знания, основанного как на экспериментальной основе, так и на интуиции) А пока экономисты не присоединяться к поиску Единого знания, обслуживаемый ими способ жизнеобеспечения будет угрожать жизнепригодности планеты и, следовательно, возможности непрерываемой эволюции человечества в раках Мироздания. Вот почему формирование Единого знания, методологически построенного на Законе Единства, необходимо “по витальным показателям”, хотя оно весьма сложно, если учесть существующее непонимание задач, которые диктует экологическая ситуация: “... человек должен трояко беречь здоровье. Первое - свое здоровье, затем - здоровье планеты, и, наконец, здоровье надземное”. (Е.И.Рерих)